19 ноября 2014
Автор: Игорь Гунькин

Почему в России так мало владельцев оружия?

Иногда, слушая очередную программу или дискуссию, связанную с темой гражданского оружия в нашей стране (чаще всего обсуждаются права на самооборону, возможность легализации короткоствольного оружия и так далее), я слышу о том, как сторонники всякой-разной либерализации и легализации говорят о том, что в стране на самом деле огромное количество владельцев оружия. Обычно называется цифра около 5-6 миллионов. С одной стороны, цифра, конечно же, внушительная. Но что такое 6 млн. человек в стране, где проживает почти 150 миллионов? Это 4%. В нашей стране так или иначе имеют в личном пользовании лицензируемое оружие только 4% граждан. Для сравнения: в Штатах сейчас гражданского оружия на руках у людей больше, чем самих граждан страны (а их там 320 миллионов), а в Швейцаии оружие есть в каждом втором доме (не совсем буквально, а согласно статистике). Так почему же в нашей стране, при достаточно богатом (и не спорьте со мной) выборе оружия, такой маленький процент вооруженных граждан?

«Законодательство плохое!» — скажет кто-нибудь из зала и будет, конечно же, прав. Однако согласитесь, что даже при таком законодательстве, со всеми его минусами и трудностью получения лицензии, желающий иметь оружие добьется своего. Так почему же наше сообщество настолько маленькое?

Одной из проблем, замедляющих развитие сообщества владельцев гражданского оружия, можно назвать правоприменительную практику. И если ОООП как класс этого, в общем-то, заслуживает (наибольшая доля тяжких преступлений с легальным оружием приходится именно на «резиноплюи»), то ситуация с «нормальным» оружием менее очевидна. Туда не ходи, сюда не ходи, стреляй только по охотничьей путевке, если сезон охоты закрыт, стреляй на стрельбищах. Закрыты стрельбища — не стреляй, не наши проблемы. Нарезные патроны не переснаряжай, оружие никому не передавай, каждые пять лет нарезной ствол отстреливай и т.д. И ладно бы, если бы абсолютно все следовали закону и определенным инструкциям, прописанным в специальных нормативных актах. Но ведь уже на стадии получения лицензии будущему владельцу оружия предъявляются незаконные требования (помните прикручивание сейфов, решетки на окнах и прочее-прочее-прочее?).

Кроме того, СМИ демонизируют оружие и его владельцев, будто бы смакуя те редкие ЧП, связанные с гражданским оружием. Понятное дело, что самим СМИ и их сотрудникам глубоко безразлична тема оружия, что они лишь используют любое подобное происшествие для высасывания сенсаций, раз за разом стряпая сюжеты об эффективности травматики, предложениях по ее запрету и так далее. Это можно понять, потому как индустрия создания новостей насчитывает невероятное количество жрецов, и все они хотят есть. Но в итоге СМИ все больше поселяют в головах доверчивых граждан, не разбирающихся в вопросе, тезис о том, что оружие — это зло. Пускай и необходимое зло, но зло, которое должно находиться в руках только специально обученных людей. Военных, полицейских и других силовиков. А в руках гражданских лиц оружие — это плохо. Оружие убивает, оружие, даже если было приобретено для того, чтобы «висеть на стенке», «обязательно когда-нибудь выстрелит». Причем в головах людей «выстрелит» практически всегда означает «в человека». Причем в «невинного».

Добавляют масла в огонь и всевозможные защитники прав животных, «гринписовцы» и другие любители животных, которые считают, что примерно 99,9% владельцев охотничьего гражданского оружия — активные охотники, миллионами отстреливающие невинных животных. Нет, с одной стороны их, конечно же, можно понять. Не разбираясь в предмете обсуждения и имея лишь поверхностные знания о российском оружейном законодательстве (а много, по-вашему, защитников прав животных среди владельцев оружия?), несложно ошибиться и в количестве охотников. Насколько я помню, к активным охотникам себя относят чуть ли не меньше 30% владельцев охотничьего оружия. А если учесть, что в стране гражданское оружие бывает либо для самообороны, либо для охоты, то уже становится более очевидно, что «зоозащитная» пропаганда несколько преувеличена. И это — если не упоминать каких-то совсем уж фантастических перлов зоозащитников-психологов, с умным видом рассказывающих о неполноценности личностей охотников, отставании в развитии от «человека-цивилизованного» и их психологических проблемах.

В итоге мы получаем портрет человека, который мало того, что владеет предметом убийства всего живого, так еще и, вполне вероятно, может куда-нибудь пойти и кого-нибудь массово расстрелять. Больше скажу, он еще и из года в год ходит в леса для того, чтобы удовлетворить свое желание убивать, тренируясь на несчастных животных. Неудивительно, что когда я, много-много лет назад, принес домой свой МР-654к (мое первое оружие, между прочим), в семье у меня на полном серьезе спросили: «А что, ты кого-то решил убить?».

Продолжение следует.

comments powered by Disqus